"Сообщество ваших стихов" - это сообщество, в котором вы можете размещать свои стихи, придуманные исключительно вами!



ПРАВИЛА СООБЩЕСТВА...

***ОБРАТИТЕ ВНИМАНИЕ, НЕЛЬЗЯ РАЗМЕЩАТЬ БОЛЕЕ 8 СТИХОВ ПОДРЯД ОДНИМ ЧЕЛОВЕКОМ! 11.12.2011 Были отменены ограничения на количество строк***


Свои идеи по оптимизации сообщества, дизайну ну и по любым другим темам можете написать одному из администраторов этого ресурса icq 482853827 ну или если вам скучно и нескем поболтать, то всеравно welcome ;)



Модераторы сообщества
ExtremalXXL
URL
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
22:58 

Слезы сквозь смех

Джейк Чемберз
Первый парень на деревьях
Горе вам, смеющиеся ныне! ибо восплачете и возрыдаете (Лк.6:25)


Распоясались паяцы,
Ничего святого нет.
Все хохочут и глумятся
В погибающей стране.

Зубоскалят зубоскальцы,
Шутят пошлые шуты.
"С нами, с нами посмеяться
Торопись скорее ты!

читать дальше

16:51 

крысолов

Джейк Чемберз
Первый парень на деревьях
Звуки дудочки - песня без слов,
Но в мелодии скрыто чудо.
Забери же детей, крысолов,
Забери отсюда.

В этом городе так много крыс,
Вьются, бегают под ногами.
И одна лишь надежда спастись -
Всем покинуть Гамельн.

читать дальше

18:57 

.Кайлиана.
Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
Холм холодным ветром, как шпагой, вспорот, скалит остро кости своих руин.
На останках прошлого вырос город, жадно пожирающий корабли.
Как ярится буря, кусает склоны - океан зализывает укус.
На причалах, горькой водой кроплёных, воздух бесконечно солён на вкус.
Как ярится буря - срывает крыши, стены осыпаются и дрожат...

Ты мои истории не услышишь с высоты десятого этажа.
Не поморщишь щёк, улыбаясь солнцу и подушки в стороны разметав.
Как скользит рассвет сквозь твоё оконце по худым волнам твоего хребта...
И в тенях больничных легко укрыться, неизменно тихи мои шаги.
Хочешь - будешь рыцарем или принцем, самым величайшим среди других?

Холм холодным ветром измучен, ранен, новый город крошится до корней.
Защити его колдовством и сталью, мой могучий маленький чародей.
Или возведи на его останках новый мир и новое естество.
Здесь твоей душе не нужна огранка. Ты - венец и суть, и творец всего.

Но пока же - слушай мой тихий голос и ладони скрещивай на груди.
Словно бесконечный бесцветный полоз лестница свивается впереди.
И тебе не снять сеть холодных трубок, неподъёмна тяжесть припухших век.
Хочешь - подарю тебе меч и кубок, мой бесстрашный маленький человек?

Ты лежишь изломанной бледной куклой и рассвет ласкает твоё лицо.
Хочешь - будешь статный, высокий, смуглый в мире без злодеев и подлецов?
Как утихнет буря - родится небо. Корабли покорно уйдут ко дну.
Хочешь - подарю тебе быль и небыль из руин и прошлого, лишь одну?

Сколько здесь бывало и сколько будет... Я скажу без лжи и без мишуры:
Нестерпимо больно из рваных судеб создавать истории и миры.
Дверь палаты скрипнет. И мать заплачет. На лице отца залегает тень...


Спи, мой храбрый рыцарь, мой милый мальчик. Завтра будет новый и страшный день.

Кайлиана Фей-Бранч.

16:44 

.Кайлиана.
Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
Через тысячи жизней ведет рассказ, вдоль сверхновых и черных дыр,
За туманности, прячущие от нас каждый новый и странный мир,
Через свет постаревших всемудрых звёзд, сквозь провалища пустоты.
Нам догнать его - хватит ли сил и слёз... Я попробую. Ну а ты?
Через тысячи жизней и сотни лет, уместившись в единый вдох,
Протекает история. Ей вослед, я поведаю лишь о трёх.

Если выйти на улицу в тёмный час, смело встретив ночной туман, на востоке, в пьянящей дали от нас, ярко светит Альдебаран. А за ним, в пустоте - не уловит взор, хоть и кажется, что вот-вот - притаилась планета: десяток гор, индевеющий небосвод. Ни буранам, ни цепким сухим ветрам не объять ледяных пустынь. Там живут лишь такие, каков ты сам - дети храбростей и гордынь. Там сейчас вечереет, грядёт пурга, даже воздух колюч и груб, и сжимает упрямо её рука тяжелеющий ледоруб. До вершины - каких-то пять дней пути, неизменно отвесно вверх, но не зря синеглазая крошка Ти самой смелой слывёт из всех. И не зря она слушала день за днём, с самых малых наивных лет, колдовские легенды про Землю - дом! - наилучшую из планет. Ей всегда говорили - Земля добра и объятья её мягки. На такой высоте не разжечь костра и не спрятаться от пурги. На холодной планете с десяток гор, да замерзшие облака. Только эта вершина ласкает взор - так пленительно высока!
Лишь на этой вершине из года в год неизменно горят огни. Крошке Ти говорили: корабль ждет, ты осмелишься покорить неприступную высь, ледяной хребет, злого мира ветвистый шрам? Ледоруб в ослабевшей дрожит руке и пронизывают ветра.
Что случится потом? Потускнеет мир - холод силится взять своё. По волнам пустоты, мимо чёрных дыр, тот корабль понесёт её, покидая навеки слепящий снег, про колючий забыв буран...

Если выйти на улицу в полусне, ярко светит Альдебаран.

В неизвестную вечность ведут пути, замыкается жизней круг.
Я тебе рассказала про крошку Ти, а теперь - посмотри на Юг:
На орлином крыле разрезает тьму ослепительный Альтаир.
А за ним есть планета, под стать ему, беспощадный пустынный мир.

Даже воздух на этой планете сух - режет лёгкие изнутри, и о чем-то волшебно далёком вслух там не принято говорить. Там живут, так похожие на меня, молчаливые дети дюн. Их следы голубые пески хранят под ласкающим светом лун. И сейчас белоснежная мать-звезда вновь восходит на свой престол. В старой фляге закончилась вся вода и песок тяжелит подол. Сеф шагает упорно, жестокий зной не сорвёт стон с иссохших губ. В самой страшной пустыне исход такой - этот мир на надежду скуп. Этот мир беспристрастен, людей каля, как рожденный в огне металл. В древних книгах писали, что есть Земля. Сеф читал о ней. Сеф читал, что она полнокровно полна водой, неизменно добра ко всем. В его мире не ищут пути домой, не касаются этих тем. А еще он читал, что горят огни в самом сердце сухих песков - в глубине неизведанной корабли рвутся к завеси облаков, и рокочут турбины, взлетает дым, начиная вираж, полёт... Сеф падёт на песок, и замрёт над ним недостигнутый небосвод. Но закроет от пламени солнца тень - металлических крыльев дар. Сквозь сиянье сверхновых, к судьбе, к мечте, поведёт бортовой радар, оставляя внизу гребешки песков, синевеющих, как сапфир.

Этой ночью не нужно ни снов, ни слов - светит пламенный Альтаир.

Сколько новых историй таит от всех звездный полог и млечный путь?
Я тебе рассказала, как выжил Сеф. А сейчас про него забудь
И смотри в вышину, где горят огнём все крупицы ночных фигур.
Отыщи Волопаса. Ты видишь, в нём алым золотом спит Арктур?

И в карминно-горячем его тепле сладко кутает полюса небольшая планета: с полсотни рек, да тропические леса. Там живут дети чёрного колдовства - не такие, как ты и я - знатоки ядовитых опасных трав, укротители воронья. Там живётся непросто таким, кто смог непохожим прослыть на всех. Изучая проклятое ремесло, в жертву каждый приносит смех, доброту, бескорыстность, способность дать что-то большее, чем слова. В гуще джунглей не спрятаться, не сбежать от прогнившего естества. Каждый звук и любой осторожный шаг дразнит пум и древесных змей. Чара движется медленно, чуть дыша, вязкий ужас ползёт за ней. Нелегко своё сердце от зла сберечь, врачевать, где другие бьют, уходить, если правду не скроет речь, оставлять обжитой уют. И искать - ворожить над большим котлом - отголоски, надежду, дым. В чаще джунглей ждёт Чару дорога в дом, где позволено быть любым, путь к прекрасной, чужой и родной Земле, благосклонной, как будто мать. Через пару шагов всё утратит цвет, не получится больше встать. И подхватит её, пронесёт сквозь мглу, за туманностей миражи, тот зовущий густой корабельный гул, обещавший другую жизнь. И, целующий воды реки, рассвет будет сладостно белокур.

Видишь, в этой пугающей высоте яркой искрой горит Арктур.

Через тысячи жизней ведет рассказ, вдоль сверхновых и черных дыр,
За туманности, прячущие от нас каждый новый и странный мир,
Через тысячи жизней и сотни лет, я поведала лишь о трёх.
А теперь отыщи в небесах ответ: это выдумки? в чём подвох?
Но смотри неотрывно, не тратя слов, отрешившись от суеты.

Гулкий рокот турбины, моторный рёв. Я их слышу. А слышишь ты?

Кайлиана Фей-Бранч

15:25 

Коли посмотришь в бездну...

Железная Н.
傻孩子 准备等一辈子啊
*

Я зубоскал, я тьма, я нежеланный выход;
я чья-нибудь пуля, что держат на случай захвата врагом тылов,
ружьё на стене, огонёк в болоте, необитый ещё порог.
Я – то самое, что трогать не стоит, шальное лихо:

не ведись на мои огни, не верь в шепоток сирены.
Я – то, что всю жизнь теснится по трещинам у стены,
которой сердца обносят на времена войны.
Я – решимость, с которой вскрывают вены,

сажают пулю в висок или прыгают вниз с моста.
Я – причина: отвергнуть веру, предать собрата.
Острая горечь, когда всё сумел, да уже не надо;
я – раскаяние дезертира, что уже убежал с поста.

Помяни моё слово, не суйся в дебри по залежам из гнилья,
не надейся, что выйдет: сбежать и забыть дорогу.
Я – грозился тому, кого ты величаешь Богом:
коли посмотришь в Бездну, то и я загляну в тебя.

Нишизаки

14:45 

Белая Дева

Джейк Чемберз
Первый парень на деревьях
Розы прекрасны, но скоро они умрут,
Дом опустеет, а город накроет мгла.
Мне не согреть коченеющих бледных рук.

- Милый, ты плачешь?
- Мне что-то попало в глаз.

Я разучился смеяться и ликовать,
Даже когда вспоминаю о Рождестве.
Вместо молитв "дважды восемь" и "трижды пять"
Снова и снова проносятся в голове.

читать дальше

04:55 

.Кайлиана.
Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
Это Адам, ему шестнадцать. Поразительно хмур и груб.
Неумеющий улыбаться, коренастый, как старый дуб.
Бесконечно сутулый, тихий. Прячет сбитый кулак в карман,
А в кармане такое лихо...
- Уголовник и наркоман! -
Говорят про него соседи,
- Беспризорник! Пройдоха! Вор!
По сугробам и гололеди он приходит в знакомый двор.
По оплёванным гребням лестниц на привычный пустой чердак:
В этом самом надёжном месте нет ни голода,ни собак.
Лихо фыркает, шерсть взъерошив, раздувает свои бока,
Вместо снежных холодных крошек - миска вкусного молока,
Мягкой кучей лежат матрацы, пахнет сыростью и теплом...
Это Адам, ему шестнадцать. "Забияка и костолом"
Гладит серую шубку лиха и бормочет себе под нос:
- Тихо, маленький. Тихо, тихо! Я забрал тебя и принёс.
Слышишь, кроха? Даю поруку: я - твой самый надёжный щит.

Лихо тычется носом в руку и, посапывая, урчит.

Кайлиана Фей-Бранч

19:44 

.Кайлиана.
Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
Руки крестьянской девки - ссадины да мозоли, парочка штук на каждый младший голодный рот.
Годы отцовской таски, будни земной юдоли, служба графьям, короне... Кто его разберёт.
Руки крестьянской девки полют, готовят, сеют, моют посуду, сушат стиранное белье.
Ей, самой сильной, старшей, нужно следить за всеми. И верить, что скудный ужин останется для неё.

А на холме, в высоком замке живёт принцесса. Башенки и бойницы тянутся к облакам.
Солнце за холм садится и восстаёт из леса. Кажется, будто солнцем правит её рука.

Утро крестьянской девки грязно и босоного. С первыми петухами в поле выводит скот.
Стать бы и ей принцессой. Чуточку, хоть немного! Тропка ведёт, петляя, от нерезных ворот.
Там, где пшено и жито золотом колосятся, там, где играют ветры в волнах дрожащих трав...
Где же ещё отыщешь этого тунеядца, зная его ленивый и беззаботный нрав.
Там, где пшено и жито дрожат на ветру с тревогой, голос его свирели песню о ней поёт,
Глупой крестьянской девке, смешливой и босоногой! Будто бы нет на свете милей и добрей её.

А за рекой бегущей, в замке молочно-белом, в влажной прохладе залов тоненький силуэт.
Если б принцесса знала, быть ей... Покорной? Смелой? И что изменит в мире выбранный ей ответ?

Пальцы крестьянской девки гладят его ладони. На волосах играют солнечные лучи.
Хочется улыбаться и ничего не помнить! Этого не отнимут графы и богачи.

А в белоснежном замке, на мостовой мощёной, стонут призывно трубы, множится стук копыт.
Едет жених к принцессе. Ненужный и не влюблённый. И, заглушая разум, что-то внутри болит.

Годы текут неслышно, солнце встаёт за лесом. Дети крестьянской девки спят по своим углам.
Челядь позвали в замок: в замке живёт принцесса, что изменила мужу, опозорила короля.
На мостовой мощёной шумно и очень людно. Шутят, шумят, смеются знать и простой народ.
Делает шаг принцесса, первый и самый трудный. Её за подъёмом лестниц дожидается эшафот.

И замирают звуки. Солнце дрожит над лесом, на топоре играет мягкий манящий свет.
Муж говорит крестьянке: - Хочешь ты быть принцессой?
Девушка отвечает: - Нет... Ну конечно, нет.

Кайлиана Фей-Бранч

05:04 

.Кайлиана.
Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
Я повторяю имя твоё, как мантру,
И разбиваются волны о твердь столетий.
Сквозь аромат муската и кориандра
Радостный Кришна грезит о вечном лете.

Я повторяю имя твоё. Живое
Сходится с мёртвым. Золотом пышет жатва.
Наши ладони запахом хны и хвои
Переплетает видящий Параматма.

Я повторяю имя твоё. И время
Бархатной лаской целует босые ноги.
Мы - обречённые отпрыски Махадэви.
Вечно влюбленные, вечно слепые боги.

Кайлиана Фей-Бранч

18:50 

.Кайлиана.
Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
У Лиз бесцветно-сухие кудри, размер одежды, наверно, сотый.
И руки вечно в муке и пудре — с восхода солнца кипит работа.
Открыты настежь резные двери, наполнен запахом спящий город.
Пекарня Лиз на тенистом сквере. У Лиз цветастый подол и ворот,
Веснушек рой на лице курносом, румянец щедро раскрасил щёки.
Каким ещё удивишь вопросом о нашем сказочном хлебопёке?
К ней ходят старые, ходят дети. К ней едут люди с любых окраин.
Пухляшке Лиз — лишь одной на свете! — такой бесценный талант подарен.
У нашей Лиз золотые руки. В любом рогалике, в хлебном море
Есть средство против тоски и скуки, живёт лекарство от всякой хвори.
Когда гроза прервала прогулку, ушла любовь, повредил колено -
Купи у Лиззи простую булку и боль отпустит тебя из плена.
У Лиз смешные большие уши и голос слишком уж басовитый,
Но Лиз латает больные души. Лиз с каждым ласкова и открыта.
Важнее внешности добродетель. Пусть тонки губы, пухлы запястья,

Но знают взрослые, верят дети:
в пекарне Лиз выпекают счастье.

Кайлиана Фей-Бранч

22:27 

В каждом встречном.

.Кайлиана.
Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
В мастерской у Ичиру всегда педантично чисто,
Мягкий свет льётся на пол из чуть приоткрытых окон,
Обволакивает, плечи кутает, словно в кокон.
Кисть давно приучилась марать белизну холста.

Десять лет он рисует. Любимых, друзей, туристов.
Щепетильно выводит любой непослушный локон,
Но когда с небосвода луна смотрит бледным оком -
Для него отвратительна каждая их черта.

В мастерской у Ичиру томятся на книжных полках
Достоевский, Шекспир. В его плеере - лишь Бетховен.
Он воспитан и вежлив, улыбчив, как кот спокоен.
Его жизнь неизменна. Всё то же из года в год.

Десять лет он рисует. Но, словно в стогу иголка,
Не находятся те ресницы, глаза и брови -
То лицо. Он, наверно, в этом и сам виновен:
Он не мог просчитать подобного наперёд.

Десять лет в каждом сне - руки, родинки и ключицы.
Облик, ставший таким невозможным, таким знакомым...
В спящей Осаке бродит Ичиру от дома к дому,
Изучает людей, каждый встреченный силуэт.

Ищет тень, за которую можно бы ухватиться,
Что поможет прорваться сквозь сон, безнадежность, кому.
Что спасет, обновит, приведет к чудесам, к иному!
Но ищи - не ищи. Этой женщины просто нет.

*
читать дальше

Кайлиана Фей-Бранч

13:40 

Вдохновение Севера

Julber
"Не говори мне sorry, душа моя, Я по-ангельски не говорю"(с)
Я читала линии на ладонях –
Вдохновение Севера.
Я брала чабрец, кардамон и донник,
Чтобы выманить Серого.

Я шептала: «Бабка, бабка сорока,
Напугай, чтоб помучался.
Ты скажи, что сгинет он раньше срока,
Коль со мной не обручится.

Он кивал на бабкины предсказанья,
Я в стороночке слушала.
Чтобы выжить – мужем верным мне станет,
Самым преданным суженным.

Он взглянул: в груди моей солнце село
Предзакатными красками.
«Ты прости, красавица, - молвил Серый, -
Я лишь лесом обласканный»

И ушел, свободный, судьбе навстречу,
Растворяясь в лесной листве.
А за ним спокойно сгущался вечер,
И кукушка кричала вслед.

11:18 

Tempus fugit (Время летит)



Иногда мне кажется, я живу в иной реальности,
Потому что старый мир, к сожалению, пуст.
Люди отдают приказы, позабыв о лояльности,
И делают то, что позволить себе может лишь шут.

Каждый думает, что он умнее и чем-то важен всем.
Может быть. Но по правде-то говоря,
Это ложь. Если вас здесь не станет вдруг,
Вас оплакивать будут ну день, ну два.

А потом уберут со стены фотографию
И гвоздики увянут, потухнет свет.
Вы хотели почета, не понимания...
А теперь
вас и вовсе
здесь больше
нет.

7.11.2014
© Copyright: Счастливая Дарья, 2014
www.stihi.ru/2014/11/07/3473

@темы: стихи (авторское)

18:05 

БОГИНЯ ----- антип ушкин - валерий брюсов

АнтипУшкин
любаша, танюша,
наташа, марина,
параша, катюша...
и в каждой - Богиня!

Богиня есть в каждой! -
и в свете, и в наде,
и в маше, а в даше,
и в рае, а в аде,

в старушке и внучке,
в тортилле, в мальвине,
и в киске, и в сучке,
и в крысе - Богиня!

Богиня есть в каждой! -
в монашке и шлюшке,
в здоровой дуняшке,
и дохленькой ксюшке,

в красавице спящей,
в лягушке болотной,
в голубке летящей,
в змее подколодной,

в холодной венере,
в резиновой зине,
в танцоре сергее,
в певице максиме...
---
не бойся, что многих
ты любишь, ты ценишь,
Богиня одна...
и
ты ей не изменишь!
:)


Антип Ушкин
(читая Брюсова)

19:41 

Среди застенчивых малолеток

Julber
"Не говори мне sorry, душа моя, Я по-ангельски не говорю"(с)
Среди застенчивых малолеток
Печаль на пике кого ни спросишь.
Все пьют по горсти цветных таблеток.
Ведь так положено – в мире осень.

И вне зависимости от пола
У них по осени едет крыша.
И если злятся, то по приколу.
А нужно падать, так лезут выше.

И по балконам высоток тихо
Смакуют тонкие сигареты
В своей среде нарочито дикой.
И мне отчасти понятно это.

И томным барышням на заметку
Побуду чуточку откровенным:
Не говорите мне о таблетках
Вся осень вводится внутривенно.

Julber

05:44 

.Кайлиана.
Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
Сон приходит к Мари под утро, обнимает её, лелеет,
На холодной земле Парижа обволакивает теплом.
В храме скоро начнется служба - неба край чуть заметно тлеет.
Спит Мари у резных ступеней и ей снится далекий дом.
Спит Мари и ей снятся горы. Снится старенькая кибитка,
Лошадь в яблоках, звуки песен, вечера у больших костров.
Солнце крыс загоняет в норы. Сена ловит лучи и гибко,
Извиваясь, бросает блики на копну смоляных вихров.
Сон заботлив, как брат и молод. Укрывая волной покоя,
Смотрит ласково на ресницы и припухлость дрожащих век.
Отгоняет настырный голод, предлагает вино, жаркое...
Спит Мари. Ей, конечно, снится тот - единственный! - человек,
Что накормит, поймет, отмоет. Защитит от пустых скитаний.
Встретив нищенкой, замарашкой, не скривит в отвращеньи рот.
- По кому-то собака воет. - Город полон таких роптаний.
Перед дремлющей побирашкой к храму двигается народ.
Спит Мари у резных ступеней. И ей снятся отец и мама.
Снится табор, луга и травы, и привал на большой реке.
Но её укрывают тени - силуэт одного жандарма.

Спит Мари. И не видит камень припасённый в его руке.

Кайлиана Фей-Бранч

15:19 

.Кайлиана.
Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
(стихотворение - ответ на это: stihi.ru/2013/03/28/11652 )

Тихий вечер на небе зажег огни -
Ледяные цветы беспристрастных звезд.
Я смеюсь, вспоминая твои шаги...

Саламандра кусает горящий хвост,
В вечной гонке за собственным бытием
Выгорая снаружи и изнутри.

Но ты справишься, Монтег. Carpe Diem.
Просто слушай, запоминай, смотри.

Попытайся впитать в себя целый мир,
С его злом, безрассудством и красотой.
Эта жизнь - несравненнейший ювелир.

Город пал, но ещё не проигран бой.
Будь же мужественен. Мы зажгли пожар,
Что вовек не унять и не потушить.

Эта жизнь - несравненнейший антиквар,
Что не будет забыто - то будет жить
Хрупкой лилией в нежных руках творца.
Новым веком, где люди - рука в руке.

Не хочу представлять твоего лица
Без следа одуванчика на щеке.

Ты прошел долгий путь. Заглянул за грань.
Был слепцом и добычей стального пса.
Но поверил, что через войну и брань
Станут слышимы тихие голоса.

И я знаю, что следующий твой рассвет
Будет ярким и рыжим, как шкура лиса.
Моё время пришло. И меня больше нет.

Вечно помнящая тебя,
Кларисса.

Кайлиана Фей-Бранч

16:42 

от любви

Джейк Чемберз
Первый парень на деревьях
Боже, спаси меня - я влюбляюсь.
Боже, храни меня от любви.
Эта дорога всегда кривая,
Это неправильный алфавит.

Это похабный язык и пошлый,
Но я не знаю других речей.
Все это было когда-то в прошлом -
Лучше я буду опять ничей.

читать дальше

00:02 

.Кайлиана.
Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
Ты рос послушным. Играл, улыбался старшим.
Ты знать не знал ни драконов, ни старых башен.
Только беда: уродился сынком монаршим.
А, значит, ноги в стремя. Спасай. Скачи.

И наплевать бы с высокой на ту девицу,
Пусть она дальше в каморке своей томится.
Надо же было - родиться наследным принцем!
... в кузне уже натачивают мечи.

Что не сидится спокойно вам, бабы-бабы!
К башням таким дорога - одни ухабы.
Лучше по-русски, жила бы в обличье жабы
И по ночам готовила калачи.
_

Ты вырос крупным на радость себе и старшим.
Ты знать не знал ни принцесс, ни каких-то башен..
И что от тебя надо этой дурынде страшной?
Пальцем грозит: - Ты обязан! Хватай, тащи!

И наплевать бы, да крыльями отмахнуться.
Пусть себе братья и сестры потом смеются!
Что ж так насела... Кричит. И глаза, как блюдца.
И ты сдаешься: - Только не верещи.

Ты ищешь башню, сидишь и сидишь на стрёме.
Вот угораздил попасться дурной кулёме!
Лежал бы себе в пещере в блаженной дрёме...
А не считал бы от скуки её прыщи.
_

Рыцарь с драконом сойдутся в финальной схватке,
Да на принцесс ни один, ни другой не падки.
Как их любить? Лишь претензии и припадки,
Чуть что не так - "еду к маме!". Ищи-свищи.

Плюнут. Обнимутся. Станут болтать о вечном.
Дружба любого делает человечным.
Что до принцессы - найдёт дурака на печке,
Чтобы всю жизнь варить для него борщи.

Кайлиана Фей-Бранч

21:01 

.Кайлиана.
Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
Ама танцует. Ама смеётся. Ама вдыхает дым.
Темная кожа окрашена алыми бликами от костра.
Звери уходят на север и скоро мир станет совсем пустым.
Джембе* послушно поёт под рукой, призывая сезон дождя.

Ама танцует и бусы на шее лихой отбивают ритм,
Гибкое юное тело покрыл ритуальный простой раскрас.
Старый шаман обращается к небу: "Услышь, господин воды!"
Ама поёт и ей вторит всё племя: "Давай, посмотри на нас!"

Нтанда бредёт, возвращаясь с охоты. Садится, кладёт копье.
Звери уходят на север. Уже не догнать, не найти следы.
Ама танцует. Он завороженно молчит и глядит на неё.
Дым от костра горьким запахом трав предвещает приход беды.

Ночь истекает и огненный шар заявляет свои права.
Небо безжалостно-чисто и вождь повелел собирать шатры.
Нтанда измучен. От жажды нет сил и безумно болит голова.
Нтанда не верит, что можно хоть где-нибудь спрятаться от жары.

Ама ругается. Ама кричит. Ама спорит с своим отцом.
Вождь непреклонен и племя уйдет через час по тропам зверей.
Она слышит бога. Она знает правду и чует беду нутром.
Но если весь мир отвернулся, то кто же останется вместе с ней?

Ама танцует под палящим солнцем. Ама поёт одна.
Голос дрожит, племя черной рекой утекает за край зари.
Ама зовет беспощадного бога, не помня еды и сна.
Ама бормочет: "Услышь, Олокун**! Отзовись же, Оба Оми***!"

Нтанда плетётся за всеми, стыдливо понурив усталый взгляд.
Как мог он оставить прекрасную Аму одну ожидать дождя?
Он любит её. Он не сможет иначе. И Нтанда идёт назад.
И что из того, что он просто охотник, а Ама - дитя вождя?

Ама сидит, ожидает его. Стережёт чуть живой огонь.
Черные тучи проходят по небу, сжимают своё кольцо.
Нтанда берёт её за руку, нежно целует её ладонь.
Ама смеётся и первые капли падают на лицо.

* Джембе - разновидность африканского барабана
** Олокун - африканское божество воды
*** Oba Omi - Властитель воды

Кайлиана Фей-Бранч

Сообщество стихов!!!

главная